skip to Main Content
+38 (096) 510-62-11

Нарциссический Внутренний Критик

В этом посте я напишу про один из способов, как появляется внутренний критик и что можно сделать, чтобы его уменьшить. Частично это связано с нарциссическими тенденциями, но бывает по-разному, поэтому главное это понимать, что стало причиной.

Обычно под внутренним критиком подразумевается, что это слова от родителей или других значимых фигур, которые мы впитали в себя за время нашего детства и взросления. Если семьи были очень дисфункциональные, с насилием, абьюзом, то вполне реально услышать от родителей что-то типа: «ты — ничтожество» или «лучше бы ты умер». Но такие прямые послания это не повсеместная история и поэтому мне стало интересно разобраться, как сформировался грубый критик у тех людей, чьи семьи были условно нормальными, без оскорблений и прямых агрессивных посланий. И я нашла для себя один из вариантов. Если коротко, то он звучит так:

Чем больше я хочу, чем больше я считаю, что мир мне должен и чем меньше я получаю в реальности, то тем сильнее мой внутренний критик. Потому что неполучение желаемого вызывает злость и ярость, и если ее некуда развернуть в мире, то она обрушивается на меня изнутри.

Это если коротко, а теперь подробнее для тех, кто хочет разобраться детально. Лонгрид.

На пути психологического взросления человек должен проходить определенные этапы. Каждый из этапов сменяется на другой проживанием горя. Если человек убегает от проживания горя, то он застревает на этом этапе и не двигается дальше.

Все мы рождаемся эгоцентричными. Это нормально для младенца. У него нет понимания других, границ других, потому что мир вращается вокруг него, то есть до определенного этапа эгоцентризм это норма. То, как ребенок проживает свой эгоцентризм у разных детей отличается в зависимости от темперамента и его природы. Один агрессивно требует, другой пассивно переживает, третий манипулирует слезами или обидой.

Если говорить про некий идеал, то в случае взросления ребенка, принимающие и понимающие родители должны помогать ребенку осознавать, что мир вокруг них не вращается, что есть другие люди, потребности других людей, есть природные ограничения, есть границы. И делать это важно с пониманием, что для ребенка это большое горе осознавать, что он — не центр. То есть для него в этот момент рушится мир. И в идеале наше принимающее окружение (родители) должно помогать нам справиться с этими сильными эмоциями, сконтейнировать их, переварить, и выдать назад, но уже со словами поддержки: «Я вижу, что тебе больно/что ты очень хочешь эту игрушку/с тобой не играют дети/ты не получил первое место/что-то пошло не так, как ты хотел… Это больно, горько, поплачь, отгорюй. Но в мире есть другие люди, не всегда все будет так как мы хотим и это нормально…»

То есть взрослые помогаем прожить ребенку его боль, и при этом показывают, что нереализация желаний не делают его каким-то дефективным. Тогда ребенок получает опыт переживания реальности, но без ущерба для себя, то есть реальность такая, но не потому что с ним что-то не то. Переживать такие вещи в детстве намного проще, чем во взрослом возрасте, потому что пока ребенок маленький он очень пластичен в своей психике, он регулируется своими аффектами и при поддержке может принять ограничения легче, чем когда это уже 30+ человек, с десятками психзащит, которые обходить очень и очень сложно.

В реальности дети свой эгоцентризм переживают либо угрозами, что отберут то, что есть, либо упреками, что ты эгоист, хочется — перехочется, либо сначала не дают, а потом после истерики все равно дают, и тогда ребенок запоминает для себя, что истерика это действующий способ получить желаемое.

Как все это связано с внутренним критиком.

Поскольку ребенок не получает опыта разумного понимания границ, мир и ограничений, у него остается ощущение, что его желания всегда должны исполнятся. А если это ребенок с разными вариациями нарциссических защит, то он в целом убежден, что мир — это его подконтрольная территория, ему много чего должны, он самый лучший и достойный. И он ждет от мира исполнения своих Хочу.

Если жизнь такого ребенка или взрослого соответствует его ожиданиям, он получает то, что хочет, все складывается, учеба, отношения, признание, то он может жить и не знать, что внутри него есть критик. Но если жизнь перестает соответствовать, что-то начинает идти не так, если вдруг вчера он был золотым медалистом, а сегодня уже три месяца не может найти работу, то тут уже открывается портал в ад.

В чем особенность именно нарциссических личностей (сюда я включаю весь спектр, от небольших проявлений до расстройств). В них есть такая штука как нарциссическая ярость. Это очень сильная злость как реакция на то, что что-то пошло не так. Аналог реакции «Бей» при угрозе. Очень часто она проявляется как ответ на проживание бессилия. А бессилие появляется тогда, когда не получилось, не смог, не дали, не признали. Очень хотел, но не получил.

Что можно сделать, когда внутри ярость? Либо устранить причину, либо найти объект, куда можно ее слить. Если нельзя разрушить мир, который причинил боль, то тогда она направляется внутрь, на себя, на того, кто не смог и не справился, превращаясь во внутреннего критика. Причем форму может приниматься в том числе и голоса матери, отца, значимых фигур, но делаем мы это с собой сами. Потому что это наш способ не переживать бессилие и отрицать реальность.

Пока я себя считаю ответственным и что все в моей власти, я могу что-то с собой и миром сделать. Поскольку у нарциссов внутри есть ощущение, что с ними что-то не так, они какие-то дефективные, ущербные, плохие, то критик прекрасно находит в этом причину и начинает изводить человека — это все потому что ты «…».

Ярость как ответ на «не получил» направляется на себя. И эта ярость превращается во внутреннего критика, которая измывается так сильно, что и дисфункциональным семьям и не снилось. Потому что мы сами знаем, как сильно мы можем над собой измываться.

Принятие реальности и того, что в ней есть ограничения нарциссам даются очень тяжело. Ведь тогда вся их избранность рушится. Это очень больно. Но чтобы пройти дальше по жизни, избавиться от критика, надо осознать, что не все наши Хочу были обязаны сбыться. А переживать это всегда очень больно. Это большое горе. И его важно пережить.

Но тут есть очень тонкий и коварный нюанс.

Есть разница между проживанием горя и самобичеванием жертвы, когда мы плачем от того, что не получили желаемое, наш критик нас достал и мы больше не можем переносить эту боль разочарования. Потому что горе — это состояние, где точно есть дно. Это отчаяние, но его можно дойти до конца. В самоупивании страданиями этого дна нет. Это питающая саму себя история боли. Потому что там всегда есть бедненький Я, которого незаслуженно обидели, а значит, есть какие-то негодяи, которых надо наказать за это. А злость на других это источник вечной силы.

Почему людям страшно простить обиды другим — потому что тогда придется их отпустить, признать, что ничего не изменится, что возмездия не будет, что все так и закончится, и они уйдут ненаказанными. А пока я злюсь, я ношу в себе это ощущение мести, моя злость делает меня карателем, воздаятелем по заслугам. Людям страшно прощать, потому что тогда они почувствуют себя униженными, проигравшими, а злость и обида позволяют избавиться от этого ощущения.

И такая же история происходит с нами, если мы сопротивляемся реальности. Нам кажется, что если мы с ней смиримся, ничего хорошего больше не произойдет, мы будем ею унижены и растоптаны. Поэтому остается борьба за власть и право все это изменить. Проживать иллюзорную потерю олимпийской медали приятнее, чем ежедневно вставать и делать минимальные шаги, чтобы натренироваться хотя бы на детский разряд. И поэтому иногда реально «выгоднее» каждый день ненавидеть себя своим критиком, чем понять свое невысокое место в жизни на сейчас и начать двигаться от него.

Таки люди злятся когда не получают того, что считали по праву своим. Как будто слава, любовь, богатство должны были быть их по умолчанию. А раз этого нет, то они имеют право негодовать.

Написал текст, но не получил лайков. Критик говорит «Ты — гавно». Но только если подумать, разве лайки должны быть по умолчанию?Или это право людей решать, хотят они оценить это или нет?

Нравится человек, но не взаимно. Критик говорит: «Это все потому что ты урод». Но разве другой человек обязан отвечать? Кто сказал, что любовь должна быть взаимной? Почему мы считаем, что любовь это вообще то, что должно быть обязательно в жизни каждого как факт?

Женщина ненавидит свое отражение в зеркале и считает себя страшной, изводит себя за это морально и физически. Но кто сказал, что красота должна была быть дана с рождения? С кого взымаются эти требования? Кому претензии? Себе? Так мы вроде как не сильно влияем на то, какими рождаемся?

Мы пошли на конкурс и ненавидим себя за то, что не заняли первое место. А кто нам гарантировал это? Если там 100 участников, то тогда остальные 99 должны ненавидеть вселенную, что не выиграли, обвинять себя, что они ничтожества. Но 99 не могут быть ничтожествами. Просто конкурс это история про выбор одного.

И т.д.

Если посмотреть на то, за что мы себя начинаем критиковать, то в этом можно увидеть требование к миру и себе, что у нас что-то должно быть.

Я должен был быть умнее, быстрее, красивее, богаче, успешнее.

Как это должно было произойти, по каким таким причинам? Непонятно. Но считаю, что у меня это ДОЛЖНО было быть. Разница между Ожиданием и Реальностью вызывает ярость.

В случае нарциссического критика важно как раз работать с этим внутренним долженствованием к миру.

Почему я считаю, что у меня это должно было быть, или мир должен был дать?

Должен — это ригидные жесткие требования. Гнев появляется как невыполнение жестких требований в отношении чего-либо.

При работе с долженствованием важно переходит от позиции «Должен» к миру или другим, к своему желанию «Я хотел бы».

Я хотел бы написать хороший текст на кучу лайков,
Я хотел бы встретить взаимную любовь
Я хотел бы быть красивым,
Я хотел бы выиграть конкурс,
Я хотел бы делать правильно с первого раза,
Я хотел быть быстрее, умнее, гибче,

Хотел бы, но не должен.

В этом «хотел бы» чуть больше свободы, чуть меньше обязательных требований к другим, тут есть место для грусти, что этого нет, есть место для реальности и возможность для будущего.

С грустью, правда, есть другая история. Например, у депрессивной личности как раз способ взаимодействия с реальностью идет через грусть. Что-то не получается — они грустят, любовь не сложилась — грустят. И их грусть — это не та грусть, которая проходит. А это такой фоновый уровень безнадежности, который они воспринимают как правду. Поэтому у них перекосы в сторону проживать жизнь как тлен. Если нарциссы себя изводят критикой — и это внутри война и драма, то у депрессивных — это апатия и безнадежность.

Как итог.

Если вы понимаете, что в вашем критике есть что-то от этого, нарциссического, то посмотрите, какие ваши долженствования к миру были нарушены. Что вы требуете от себя, других, мира, что не позволяет вам принять свою реальность, свое место на сейчас?

И самое важное — есть ли у вас ресурс прожить это горе и грусть, что этого нет, не впадая в самообвинение и самокритику?

Есть ли место самосостраданию? Можете ли вы поплакать вместе с тем маленьким вашим Я, которому больно, что что-то не получается? А потом простить себе, миру, другим не соответствие требованиям и идти дальше.

Потому что настоящая жизнь начинается тогда, когда мы себя видим реального в реальном окружении с реальными показателями.

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back To Top